Куба: страшная болезнь убила известную правозащитницу

Лаура Поллан и Женщины в белом

В ночь на субботу в Гаване в возрасте 63 лет скончалась кубинская диссидентка Лаура Поллан. Об этом пишет Газета.ру. Поллан известна как лидер имеющей влияние группы диссидентов «Женщины в белом».

В прошлую пятницу она была госпитализирована с лихорадкой денге. Потом у нее усилились проблемы с дыханием и правозащитница почти неделю провела в реанимации, передает Би-би-си.

Бывшая учительница испанского языка и литературы основала группу «Женщины в белом» 10 лет назад, когда ее муж журналист и председатель оппозиционной Либеральной партии, Эктор Маседа был приговорен к 20-ти годам тюрьмы за участие в политической деятельности.

Активистки этой группы одевались в белое и собирались на марши протеста в центре Гаваны в выходные, требуя освобождения 75 мужчин, оказавшихся в тюрьме после арестов диссидентов в 2003 году.

Первоначально в составе группы входили женщины, чьи мужья были арестованы, а позже «Женщины в белом» стали преследовать более широкие цели и стали отстаивать права и свободы не только своих мужей, но и всех политзаключенных на Кубе.

Отметим, что супруг Поллан вышел на свободу в феврале этого года.

В 2005 году группа была удостоена премии Сахарова «За свободу мысли».

Источник: Новые Известия

Главная

Репрессии в период правления Кастро

С момента прихода к власти Фиделя Кастро на Кубе начались репрессии против его политических противников. Первоначально было объявлено, что будут судимы лишь «военные преступники» — функционеры батистовского режима, непосредственно ответственные за пытки и казни. Проводившиеся Кастро публичные суды американская газета «Нью-Йорк Таймс» расценила как пародию на правосудие: «В целом процедура вызывает отвращение. Защитник абсолютно не пытался защищать, вместо этого он просил суд извинить его за то, что он защищает заключённого».

Репрессиям поверглись не только политические противники, но и союзники кубинских коммунистов по революционной борьбе — анархисты.

По утверждению журналиста Хесуса Эрнандеса Куэльяса из американского издания «Contacto Magazine», известен случай, когда человек был обвинён матерью в убийстве её сына и расстрелян, несмотря на то, что к моменту казни предполагаемая жертва объявилась в Гаване живая и здоровая и тщетно пыталась предотвратить расстрел.

После занятия повстанцами города Сантьяго-де-Куба 12 января 1959 года там был устроен показательный суд над 72 полицейскими и т. п. лицами, так или иначе связанными с режимом и обвинёнными в «военных преступлениях». Когда защитник начал опровергать утверждения обвинения, председательствующий Рауль Кастро заявил: «Если один виновен, виновны все. Они приговариваются к расстрелу!» Все 72 были расстреляны. Все юридические гарантии в отношении обвиняемых были отменены «Партизанским законом». Следственное заключение считалось неопровержимым доказательством преступления; адвокат просто признавал обвинения, но просил правительство проявить великодушие и смягчить наказание. Че Гевара инструктировал судей: «Не следует устраивать волокиты с судебными разбирательствами. Это революция, доказательства тут вторичны. Мы должны действовать по убеждению. Они все — банда преступников и убийц. Кроме того, следует помнить, что есть апелляционный трибунал». Апелляционный трибунал, председателем которого был сам Че, не отменил ни одного приговора.

3 марта 1959 года суд, составленный из повстанческих офицеров, в Сантьяго оправдал за отсутствием доказательств 44 лётчиков, обвинённых в «военных преступлениях». Однако Кастро выступил по телевидению, заявив, что суд принял неправильное решение. Спустя какое-то время председателя суда нашли мёртвым; лётчики были снова судимы и приговорены к срокам от 20 до 30 лет. В тюрьме они подвергались побоям, пыткам и издевательствам. Кастро объявил: «Революционная справедливость базируется не на правовых предпосылках, а на моральном осуждении».

Казнями в гаванской крепости-тюрьме Ла-Кабанья распоряжался лично Че Гевара, бывший комендантом тюрьмы и руководивший апелляционным трибуналом.

Аграрная политика Кастро вызвала массовое крестьянское восстание в горах Эскамбрай, которое возглавили бывшие лидеры «Второго фронта». В ходе подавления восстания расстреливали 70—80 % взятых в плен повстанцев; всего, по некоторым подсчётам, было казнено до 4 тысяч человек.

Очередное обострение репрессий произошло после высадки в заливе Кочинос: тогда были арестованы подпольщики — бо́льшая часть из 2 500 агентов ЦРУ и 20 000 сторонников контрреволюционеров. Новые арестованные в основном брались по спискам «неблагонадёжных» лиц, составленных квартальными Комитетами защиты революции; для их помещения в концлагеря были переоборудованы стадионы и другие публичные места.

В 1960-х годах борьба с противниками режима Кастро приобрела огромный размах; всего, по оценкам ряда исследователей, тогда было расстреляно от 7 до 10 тысяч человек, а число заключённых составило 30 тысяч. По данным историка Хью Томаса, к началу 1961 года на Кубе было казнено около 2 000 человек, к 1970 году — около 5 000; в 1965 году сам Кастро признал наличие в стране 20 000 политических заключенных.

Трудовые лагеря UMAP

При Кастро на Кубе была создана система лагерей UMAP. Че Гевара заявил: «Нам следует ссылать в Гуанахакабибес в сомнительных случаях, когда мы не уверены, что людей следует сажать в тюрьму (…) людей, которые в той или иной степени совершили преступления против революционной нравственности (…) морали. Там — тяжёлая работа (…), условия труда там суровы…». В этот лагерь можно было попасть за «излишнюю» религиозность или даже прослушивание «империалистического» рок-н-ролла (последняя категория «преступников» носила название roqueros).

Широкую систему лагерей такого рода создал Военный отдел поддержки производства (UMAP), действовавший с 1964 по 1967 год. В лагере на острове Пинос людей заставляли работать в одних кальсонах, а провинившихся — стричь траву собственными зубами, или погружали на несколько часов в выгребные ямы.

На Кубе существуют также лагеря «строгого режима», где власть находится в руках надсмотрщиков из числа самих заключённых — «рабочих советов заключённых».

Репрессии последующих времен

Многие из политических заключённых были ветеранами «Движения 26 июля», антибатистовских студенческих и партизанских движений.

Весной 1997 года по Кубе прокатилась новая волна арестов. По данным «Международной амнистии» и кубинских правозащитников, в том году на Кубе насчитывалось от 980 до 2 500 политзаключённых (мужчин, женщин и подростков).

Как утверждает американский журнал «Contacto Magazine», к концу XX века приговоры по политическим делам стали менее суровыми, зато более частыми.

В течение многих лет Комиссия по правам человека и Генеральная ассамблея ООН выражали свою обеспокоенность продолжением политических репрессий на Кубе и призывали власти Кубы к соблюдению прав человека.

В 2004 году ООН приняла резолюцию о нарушениях прав человека на Кубе, которую Куба отказалась выполнять.

26 января 2007 года в докладе, представленном на заседании Генеральной ассамблеи ООН, указывалось, что 59 гражданских активистов, задержанных в марте—апреле 2003 года, до сих пор находятся в тюрьмах. Прилагался их список.

Итоги репрессий

Согласно подсчётам правозащитных групп, режим Фиделя Кастро бросил в тюрьмы и концентрационные лагеря в три раза больше политических заключённых в процентном отношении к численности населения, чем Гитлер и Сталин за то же время. Как отмечает профессор Хуан Кларк, Куба имела наибольшее количество политических заключённых и приговоров по политическим делам, когда-либо зарегистрированных в Западном полушарии. На одном из этапов одновременно в тюрьмах по политическим мотивам находились 100 000 человек изо всех слоёв общества. Американский журналист писал, что во времена диктатуры Фульхенсио Батисты на Кубе было 500 политических заключённых; самое высокое число политических заключённых до революции (при диктатуре Херардо Мачадо, 1929—1932) — около 5 тысяч.

Многие из заключённых отбывают сроки в 20, 30 лет или пожизненные, как, например, Хубер Матос, бывший революционный командир, приговорённый к 20 годам, и Чанес Марио де Армас, который приговорён к 30 годам. Тысячи противников режима были избиты, подвергаются пыткам, запираются в тесных камерах, где невозможно сесть или лечь, находятся в трудовых лагерях. По отношению к инакомыслящим применяется терроризация, некоторые погибли в дорожно-транспортных происшествий, которые противники Кастро называют «таинственными».

Согласно изданной в Гарварде «Чёрной книге коммунизма», режимом Кастро было расстреляно 14 000 человек в возрасте от 16 до 68 лет, включая нескольких женщин, из них, по меньшей мере, одна была беременна. По утверждению американской организации «Freedom House», до 2005 года возглавлявшейся бывшим директором ЦРУ Вулси, Робертом Джеймсом Вулси, 500 000 кубинцев прошли через систему концлагерей и камеры пыток режима Кастро.


Литература

Humberto Fontova Castro, Not Pinochet, Is the Real Villain.
Автор — Умберто Фонтова — магистр латиноамериканских исследований Туланского университета (Новый Орлеан).
http://www.anarchismus.de/transnational/kubaanarchismus.htm
Jesus Hernandez Cuellas. Chronicle of an unforgetable agony: Cuba’s political prisons// Contacto magazine. Sep’t. 96.
Massacre in Santiago de Cuba//Сайт Montclair State Universitet, College of Humanities and Social Scienties
Legal Issues Raised by the Transition: Cuba from Marxism to Democracy, 1999.
Executions at «La Cabaña» fortress under Ernesto «Ché» Guevara// Document written by José Vilasuso, a lawyer who worked under «Ché» in the preparation of indictments that often resulted in the death sentence during the first months of the Communist government in 1959
Пол Джонсон. Современность. т.2. М., Анубс, 1995.
Alvaro Vargas Llosa. The Killing Machine: Che Guevara, from Communist Firebrand to Capitalist Brand// The New Republic. July 11, 2005
Jorge Castaneda, Companero; The Life and Death of Che Guevara. Alfred A. Knopf. New York, 1997
Fidel’s Executioner Humberto Fontova// Перепечатка статьи Фонтовы, на исходном сайте доступной лишь частично: Fidel’s Executioner Humberto Fontova Michael J. Maher. The Lost Sheep. Experiences of Religious Gay Men in Havana, Cuba
Menton, Seymour. Prose Fiction of the Cuban Revolution. University of Texas Press: 1975 SBN-13: 9780292764217 ISBN: 0292764219
Beltrán de Quirós. La otra cara de la moneda: los nuevos patitos feos / Miami, Fla., U.S.A.: Ediciones Universal, 1984
Cuba: exodus, living conditions and human rights — an informative summary prepared by Professor Juan Clark, Ph.D. Miami Dade Community College.

Материал из Википедии

Главная

Куба – могильщик СССР

Чтобы рассказать своим читателям об истинных причинах распада СССР, испанской газете La Vanguardia пришлось взять интервью у Оскара Эспиносы Чепе.

Сегодня Эспиносе 71 год. До того, как порвать с режимом Фиделя Кастро и стать диссидентом, он в течение нескольких десятилетий занимал высокий пост в системе централизованного планирования, выстроенной на Кубе по советскому образу и подобию. Сейчас, отсидев два срока в тюрьме и подписав подписку о невыезде из Гаваны, он занимается тем, что подсчитывает убытки от структурного краха кубинской экономики после распада СССР.

«Это не Горбачев, а Куба покончила с Советским Союзом! Деньги, направленные сюда Москвой, не поддаются исчислению. Если брать только неоплаченные кредиты, то русские потеряли около 20 млрд долларов в ценах того времени. И это, с моей точки зрения, заниженная цифра»,- рассказал Эспиноса в телефонном интервью испанской газете из Гаваны.

Следуя логике холодной войны и принципам пролетарского интернационализма, СССР покрывал все потребности Кубы в течение 30 лет. Начиная с сельского хозяйства и спорта и заканчивая классическим балетом, поставками вооружения и обучением военных, транспортными средствами и куклами. С 1960 по 1990 год в стране, по подсчетам, побывали около 18.000 советских граждан (не считая военных советников и сотрудников спецслужб), помогавших строить тропический социализм. Сотни тысяч кубинцев бесплатно получили в СССР высшее или среднее специальное образование.

Советские субсидии в черную дыру бюджета режима Кастро заключались в «бухгалтерской уловке, при помощи которой СССР оплачивал кубинские товары по ценам в 9-10 раз выше рыночных и, кроме того, поставлял Гаване нефть по льготным ценам». Советская нефть, поступавшая из Баку, «превратилась в основной источник валютных поступлений Кубы, в главную статью экспорта в капстраны, оплачивавшие ее долларами».

Все остальное поставлялось в натуральном виде – продовольствие, станки, различные товары - или оплачивалось в рублях. «Советские субсидии составляли около 3 млн инвалютных рублей в день, - утверждает Эспиноса. - За счет этой помощи существовали здравоохранение и образование, но она не способствовала развитию страны. Ни сельское хозяйство, ни промышленность не смогли пережить распад СССР».

После того, как Советский Союз рухнул, Москва бросила кубинцев на произвол судьбы. Россия забыла о своих капиталовложениях в кубинскую экономику (около 12 млрд долларов), прекратила закупки и поставки. «Для нас это было то же самое, как если бы прекратило всходить солнце», - скажет позднее Фидель Кастро, который в 1991 году объявил чрезвычайное положение в экономике, которое до сих пор не отменено.

Кубе удалось преодолеть страшное падение ее ВВП на 35% в первые три года после прекращения советской помощи. Оживился туризм, кубинцев перестали привлекать к уголовной ответственности за хранение долларов, были открыты рынки сельскохозяйственной продукции, разрешены денежные переводы из-за рубежа. «Но затем – подчеркивает Эспиноса - мы впали в другую зависимость: от Венесуэлы. Каракас – это для нас та же Москва, только с меньшими ресурсами. Мы зависели от СССР, но зато получали технологию. А что могут дать нам венесуэльцы? Ничего!».

Наталья ГЕРАСИМОВА

Источник: RussianSpain 

Главная

Кубинские власти ужесточают репрессии - за пользование американскими грантами

Власти Кубы намерены ужесточить наказание граждан, пользующихся американскими грантами. Это относится, прежде всего, к кубинским диссидентам, которых власти называют «наймитами», оплаченными Соединенными Штатами, сообщает Радио Свобода.

На прошлой неделе американский сенатор Джон Кери заявил о намерении выделить 20 миллионов долларов кубинским продемократическим активистам. Эти деньги пока не переведены, так как главный партнёр сенатора, контрактник Госдепартамента Алан Гросс, находится на Кубе в тюрьме.

Гросс ожидает обжалования приговора, по которому он осужден на 15 лет. Кубинские власти обвинили его в деятельности, осуществляемой в интересах США, а именно - обучении кубинских евреев пользованию Интернетом.

Источник: Tert

Главная

«Куба сегодня— как Советский Союз накануне смерти Сталина»

Kарикатура Альфредо Понга.

Новый фильм документалиста Виталия МАНСКОГО «Родина или смерть» с 21 июля вышел в прокат. Картина рассказывает о Кубе— не о райском острове с рекламных плакатов, а о реальном мире, очень близком для тех, кто пережил советский строй.

—Скакой идеей ты ехал на Кубу?

—С желанием пройти через некий аттракцион— машину времени. Окунуться в недавнее прошлое, посмотреть на жизнь социалистического государства с высоты нашего опыта. Мы ведь живем в государстве, которое только выкарабкивается из социализма.

—Ты искал подобия?

—Первая моя поездка была ознакомительной— о Кубе у меня было представление весьма условное. Я, естественно, смотрел «Клуб Буэна виста» Вима Вендерса, еще пару картин, основные фильмы, которые были сделаны на Кубе и о Кубе. Посмотрел бесчисленные ролики про кубинскую проституцию на YouTube. Вот тот багаж, с которым я приземлился в гаванском аэропорту. Взяв русскоговорящего водителя-кубинца с машиной, мы с продюсером проехали всю страну вдоль и поперек. Что само по себе проблема. Мы ехали и решали: не заглянуть ли сейчас в эту деревню, не остановиться ли у этого дома. Не то чтобы я набирал материал для фильма— мне самому хотелось понять, докопаться до правды.

—Удалось?

—Меня в какой-то момент задела фраза, сказанная кубинцем лет шестидесяти: «Помню, как до революции»... Для нас это как если бы к 1917-му прибавить лет 40. Недавно Сталин умер. А поскольку Фидель по большому счету правит и сейчас, то есть уже 51 год, сегодняшняя Куба— как Советский Союз накануне смерти Сталина. Мне показалось, что будет интересно вдруг попасть в тот Советский Союз человеком, знающим, что будет оттепель, застой, перестройка, опять застой. К людям, которые ничего этого не знают.

—Было ощущение, что возможна прямая аналогия?

—Я ее допустил. И в конечном счете не ошибся.

—То есть нашел подтверждение своему предчувствию?

—Да, при том, что Куба— это совершенно другая культура, другой континент, все другое! Но кубинцы мне казались даже более близкими, чем многие герои, которых я снимаю в России. Я к ним проникся каким-то особенным сочувствием— наверное, придется произнести это слово. Но оно не перекрывает всех чувств, это более объемное ощущение.

—Фильм начинается с эпизода на кладбище, где происходит официальное перезахоронение умерших. Люди вынимают из гробов останки своих близких, руками разламывают их кости, перекладывают в какие-то коробки. Зачем ты начал с этих кадров? Чтобы задать настроение— «родина или смерть»?

—Я хотел как-то сблизить жизнь и смерть— поставить их рядом в кадре. Придумать такое вообще невозможно. Это за гранью.

В каком бы городе или стране я ни был, непременно хожу на кладбище. Мне кажется, что мир мертвых— очень точный образ мира живых. Ты часто не можешь войти в квартиру, в мир и в души людей, но ты можешь их понять, увидев могилу их матери.

В Китае, например, не принято сжигать покойников. Это противоречит традициям, которые еще чтут, особенно в деревнях. Но государство сказало— хоронить негде, земли не хватает, чтоб выращивать хлеб насущный, поэтому сжигаем. А свободная территория, незастроенная и незасеянная, сохранилась только вдоль железных дорог. Едешь по Китаю, а справа и слева от путей— холмики, холмики. Люди приходят и зарывают по ночам— это же преследуется! Как-то увидел, что вокруг этих холмиков стоят люди— был день поминовения усопших. Стал расспрашивать и узнал, что хоронят человека без всяких документов, чтобы не узнали, кто зарыт. И это говорит о Китае— об отношении к живым, к мертвым, к жизни— больше, чем любое более глобальное знание. Я потом ездил на пекинские кладбища, там урны ставят в ячейки. И эти ячеечки очень маленькие, а стены— до горизонта.

—А почему в атеистическом, коммунистическом государстве Куба не сжигают умерших?

—Элементарно: не хватает электричества, нет топлива, чтобы сжигать. Им король Испании подарил крематорий. Но нечем заправлять.

—Ты знал, что там так принято?

—Как раз когда мы там были, у нашего водителя подошла очередь освобождать гробницу— это делается через три года после похорон. Поэтому мы и могли этот эпизод снять, прикинувшись родственниками из-за границы.

—Получить разрешение на съемку нельзя?

—Просто нереально.

—На Кубе сложно подглядеть что-то, что не очевидно?

—Там очень трудно снимать, во всяком случае так было год назад,сейчас, говорят, что-то изменилось. У них очень болезненное отношение к собственному имиджу. Навстречах с чиновниками мне говорили: «Мы же вас пустили! У нас же десятки заявок со всего мира, мы не пускаем никого, но вам доверились, вы должны быть доброжелательны». Я в ответ: «О'кей, большое спасибо. Но как я могу быть позитивно заряженным, если знаю, что каждый раз, когда ухожу из дому, там происходит обыск!» И они не сильно это отрицали. Тетка, у которой мы жили, буквально через неделю нас стала выгонять, хотя мы платили ей бешеные деньги. Потому что в ее доме регулярно шел шмон. Куба для россиян страна безвизовая. Но если хочешь снимать, должен получить визу через МИД. Этуаккредитацию на съемку дают только на 31 день.

—Но вы же три месяца снимали.

—Нам это удалось только потому, что после ознакомительной поездки мы сказали, что будем снимать кино о стариках из танцевальной группы. И чиновники себе представили, что будет еще один фильм о музыкантах. Ну и ладно, пусть снимают. Но мы не обманывали. Все герои моего фильма— члены одной танцевальной команды основателей танца Rueda de casino.

—Правда ли, что труднее всего было снимать в больницах?

—Самое страшное для них— разоблачение мифов. Мифами дорожат больше, чем собственно секретами. Думаю, снять в воинской части проще, чем в обычной школе. У нас был случай убийственный. Я нашел площадку в школе имени Ленина и даже получил добро на съемку у высокого чиновника. Но он думал, что теперь мы напишем бумаги, то да се... А мы рядом оказались, решили: заедем сейчас. Не тут-то было. Нельзя. Я говорю: подождите, вот аккредитация, мы хотим просто по территории школы пройти, посмотреть. Нет, оказывается, чтобы на территорию школы попасть, нужно иметь бумагу, подписанную замминистра образования. Есть специальные замминистра образования и замминистра здравоохранения, у которых только одна функция— такие разрешения иностранцам выдавать.

Потом мы все-таки в школу попали, но не имени Ленина, а в обычную.

—Что же там такого, чего нельзя показывать?

—Абсолютная бедность. Вместо автобусов, к примеру, фургоны, в них сидят люди. В принципе ничего особенного, но очень страшно, потому что кажется— люди, как скот.

—А в школах-то что? Ученики на полу сидят, голые? Их бьют?

—Нет, боже упаси, никто детей не бьет. И дети не голые, они все в форме, которая выглядит, может, не столь свежо, как хотелось бы. Но туалеты без канализации, просто дырки, а на Кубе не прохладно. И когда входишь в школу, с одной стороны чувствуешь запах из туалета, а с другой— из столовой, где детей кормят каким-то булками и чаем, это их обед. Стоят школьники, поют гимн, революционные песни разучивают. Про их счастливое детство.

—В фильм вошли кадры, снятые в школе?

—Да. Сын моего героя учится в школе, которая находится на бывшей вилле владельца завода мотороллеров. На горе, в прекрасном месте. Нам рассказали, как хозяина оттуда выгнали, как в его спальнях портрет Фиделя повесили. С тех пор там ничего и не ремонтировалось. Пятьдесят лет все естественным образом сыреет.

—И так повсюду?

—Да, на территории Гаваны — по крайней мере, как я это увидел — с 1959 года не построено ни одного здания. Город после революции подвергался только разрушению. Такое ощущение, что там есть следы атомной бомбардировки.

—Советские специалисты не построили никакого «дворца науки»?

—Возможно, что-то и построили. Но я с детства помню, как Брежнев в соломенной шляпе целуется с Фиделем у памятника Хосе Марти. Для меня было абсолютным открытием, что этот памятник появился в 1956 году. То есть даже памятник Хосе Марти поставил Батиста!

—Но ведь считается, что кубинское здравоохранение прекрасно. Что иностранцы туда специально ездят лечиться.

—Я тоже что-то такое слышал. Но когда на нас напали и нашему водителю отрезали ухо...

—Как отрезали ухо?!

—Чудо, что нас не убили. Я сдуру стал снимать, как у подвыпившего дедульки в центре Гаваны вытаскивали кошелек в баре. Мы там сидели, и я машинально, без всякой задней мысли, поставил камеру и включил. Наш водитель вмешался, отобрал у вора кошелек и вернул деду. А через две минуты в бар влетели человек двадцать и, наверное, секунд через пятьдесят весь его разнесли.

—А милиция?

—Если б не милиция, мы бы здесь не разговаривали. Приехали минуты через полторы. К тому времени мне по ноге попали камнем. Огромная гематома. А водителю «розочкой» отпороли ухо. Мы это ухо взяли— и в больницу. Всю ночь там провели. В общем, если мне отрежут ухо, пришивать его я туда не поеду. Может быть, дело в культурных различиях. Но мне кажется, только в морге можно человека положить на камень.

—Больных кладут на пол?

—На каменные лавки. При нас привозили каких-то окровавленных людей в наручниках. Когда ты сидишь в приемном покое и видишь, как все это происходит А ведь мы иностранцы, привилегированные, из Советского Союза. Для них России-то не существует. Есть Советский Союз, который изменил идеалам коммунизма.

—Не понимаю, как это соотносится с тем, что на Кубу охотно ездят туристы.

—Огромное количество людей находятся в абсолютнейшем заблуждении, что они были на Кубе. Потому что у них есть билет Москва—Гавана. Они были не на Кубе! Они были на искусственном полуострове под названием Варадеро. Думаю, между Диснейлендом и Америкой куда больше общего, чем у Варадеро с Кубой. Варадеро превращен в полуостров, чтобы можно было установить один-единственный КПП на въезде. И до недавнего времени кубинец без пропуска вообще не мог пройти этот КПП.

—А сейчас что-то изменилось?

—Стало проще. Но я знаю, как женщины, чтобы попасть в этот супермаркет бесхозных половых органов, прятались в цистернах, туда — с молоком, а обратно уже с дерьмом. Турист приезжает в Варадеро и, конечно, хочет поехать в Гавану на экскурсию. Для таких вот дотошных специально разработан маршрут. Кстати, между Варадеро и Гаваной еще есть город Матансас, через него раньше шла дорога. Но если туристов провозить через Матансас, у них может сложиться неблагоприятное представление о стране. А объехать его невозможно— он в лощине, кругом горы. Тогда сделали насыпь вдоль океана, выстроили на ней дорогу и поставили забор. И проезжают автобусы мимо Матансаса, не видя его. Приезжают в Гавану. Специальная стоянка для автобусов и четкий маршрут по определенным улицам с заходом в кафе, с выходом на площадь— и назад в автобусы.

Перед первой поездкой на Кубу смотрел впечатления туристов в интернете. Ничего понять не могу. Десятый, двадцатый, сороковой альбом— как будто один человек снимает. У всех тетка с сигарой сидит. Почему все туристы— из Кинешмы, Вологды, Москвы, Барнаула— снимают одну и ту же тетку? Приезжаю. Тетка сидит на этом туристическом маршруте, как клоун Дональд в Макдоналдсе, держит не сигару, а палку, обклеенную бумагой. И все довольны!

—И все-таки ты увидел там много людей, вполне симпатичных.

—Более чем. Они прекрасные. Цивилизованные. Образованные. Заинтересованные. Впитывающие. Абсолютно свои люди. Мама родная! Ведь когда году в 1947-м в СССР приезжали американцы или французы, думаю, им было больно видеть то, как мы жили. Я буквально месяц назад пересматривал фильм Пеннебейкера 1959 года «Открытие в Москве». Не смотрела?

—Нет.

—Очень советую. Когда только-только стала Россия открываться, в Москву в делегации американской выставки приехал молодой Ди Эй Пеннебейкер. Ему было разрешено что-то такое снять, как бы про выставку. На самом деле он снимал Москву, рассказывая американцам о России. Вот это центр, это окраины. Но если вы хотите понять русских, советских, посмотрите на их обувь. Никто, ни один советский хроникер не снял таких вещей. Пеннебейкер просто показал обувь— и все понятно.

—Ты хотел повторить его прием?

—Мне кажется, мы пошли чуть дальше. Когда я готовую картину посмотрел, подумал, что ее нужно первым делом показывать на Кубе. И она, возможно, произведет эффект. Поскольку нам очень помогало кубинское посольство в Москве, я обещал, что посол первым в России посмотрит фильм. Безумно обрадовала его реакция. Посол сказал: «Оторопь берет от того, что мы увидели. Но если удастся эту картину показать на Кубе, она может совершить революцию в сознании целой нации».

—А какую революцию они хотят провести? Ну, живут люди и живут. Привыкли или приспособились. И не жалуются. Да, знают, что где-то жить лучше. Уверенные в своих силах решаются плыть через залив.

—Если человека даже смерть не спасает от незащищенности, это просто полный песец!

—Но люди-то хорошие!

—Опять двадцать пять! Я повторил это уже раз десять.

—Получается, они лучше, чем мы. Чем те, кто пережил эту революцию, что-то понял, захотел жить лучше и действительно стал жить в приличных домах и носить хорошую обувь. Но стали ли мы душевнее, образованнее, теплее, милее?

—Точно нет.

—У меня нет ощущения, что когда мы жили плохо, были лучше.

—Мне кажется, были лучше. Лишенные азарта потребления, мы были более погружены в себя, более глубоки. Ну это, видимо, проблема всех переломных поколений.

—Так какого рода революцию ты хотел бы совершить своим фильмом на Кубе?

—Хорошо, эволюцию. Меняем революцию на эволюцию.

Беседовала Алена Солнцева

Источник: МН

Кинотавр 2011: В. Манский о «Родина или смерть»

Главная

Кубинский пастор с семьей получил убежище в США

Карлос Ламелас с семьей.

Кубинский пастор вместе со своей семьей получил официальное убежище в США, - сообщает Христианский Мегапортал invictory.org со ссылкой на Сhristian Тelegraph и ASSIST News Service.

Как сообщает организация Christian Solidarity Worldwide (CSW), бывший президент «Церкви Бога» был арестован в 2006 году на 4 месяца, после чего ему запретили работать официально.

В феврале 2006 года пастора обвинили в торговле людьми. После этого все его имущество было конфисковано в пользу государства. CSW предполагает, что Карлос Ламелас был осужден из-за того, что публично критиковал правительство за их вмешательство во внутренние дела церкви.

По данным CSW пастор был освобожден в июне 2006 года, но обвинения сняты не были. Именно поэтому в декабре того же года его снова посадили в тюрьму. После, служителя признали невиновным, так как государственный обвинитель не явился в зал суда. Несмотря на то, что Ламелас был оправдан, имущество ему так и не вернули.

CSW подчеркивает, что на Кубе это не первый случай давления на церковь. Директор по правозащитному лоббированию CSW Эндрю Джонстон заявил: «Мы рады, что семья Ламеласа наконец-то может жить свободно. Мы также знаем, что решение покинуть родную страну далось им нелегко. Куба потеряла многое с их депортацией в США».

 

Источник: InVictory

Главная

Католическая церковь и кубинский режим – от противостояния к сосуществованию

Ирина Лагунина: За последний год на Кубе, при участии католической церкви, были освобождены из тюрем более ста узников совести. Действительно ли церковь в состоянии оказывать давление на кубинские власти и даже постепенно добивается демократизации режима? На эту тему не утихают споры среди кубинских диссидентов, как внутри страны, так и за рубежом – среди иммигрантов. Рассказывает Виктор Черецкий.

Виктор Черецкий: Многие независимые наблюдатели полагают, что церковь вряд ли хоть как-то может влиять на режим братьев Кастро. Скорее наоборот. Вместе с тем, очевидно, что этот режим с некоторых пор относится к церкви терпимо и даже позволил ей вновь открыть закрытую еще в 60-е годы прошлого столетия семинарию. Примечательно, что коммунистическая  диктатура, по природе своей вроде бы богоборческая, выделила часть денег на строительство этого учебного заведения, а официальная пропаганда режима заговорила о необходимости готовить собственные религиозные кадры, чтобы не привлекать для «духовного окормления» верующих иностранцев. Живущий в иммиграции кубинской священник отец Фройлан Домингес:

Фройлан Домингес: Фидель Кастро заявил католической церкви, что она должна готовить молодые кадры на Кубе и не приглашать священников-иностранцев. Здесь, на мой взгляд, прослеживается определенный корыстный интерес. Власти предпочитают кубинскую молодежь в качестве священников, чем иностранцев, которые могут привнести в кубинское общество какие-то не угодные режиму идеи. К тому же приезжие священники имеют в кармане иностранный паспорт и их труднее контролировать. Сейчас режим даже предлагает построить за свой счет новый кафедральный собор в Гаване. Спрашивается, с чего это вдруг такой интерес у правительства к церкви?

Виктор Черецкий: Кубинский философ и политолог Энрике Паттерсон  полагает, что «интерес» диктатуры к церкви  - вовсе не праздный. Отсюда и обещания, и «подарки» в виде новой семинарии, на открытии которой побывал сам Рауль Кастро. Объясняется этот интерес, как считает политолог, желанием найти новую идеологическую опору режиму, поскольку коммунистическая идеология давно себя изжила – и на Кубе, и в мире в целом. Теперь она служит для кубинцев разве что предметом многочисленных анекдотов. Энрике Паттерсон:

Энрике Паттерсон: На Латиноамериканском континенте, по традиции, военные диктатуры всегда искали духовную и моральную поддержку  католической церкви. Они полагали, что эта поддержка в какой-то степени прикрывает их злодеяния и придает им некую легитимность. На Кубе режим многие годы назывался «коммунистическим», хотя, по сути, всегда являлся всего лишь банальной военной диктатурой. Теперь эта диктатура сбрасывает давно вышедшие из моды коммунистические одежды, а посему нуждается в новом идеологическом прикрытии. Поскольку выбор небольшой, то она действует по примеру других военных диктатур – пытается опереться на католическую церковь. Так что на острове не происходит ничего нового и неожиданного: церковь всего-навсего пытаются использовать в идеологических целях.
 
Виктор Черецкий:  Вместе с тем, некоторые кубинские оппозиционеры с сожалением констатируют, что и церковь тоже теперь довольно лояльно относится к режиму. К примеру, в недавнем интервью для иностранной прессы два кубинских епископа Эмилио Арангурен и Хуан де Дьос Эрнандес заявили, что «Куба находится на пути к более демократичной политической системе и что власти поняли значение духовности для населения». Конец цитаты. Кубинская демократическая оппозиция не согласна с подобным видением происходящего на острове. Оппозиционеры считают, что о демократизации режима речи не идет, что диктатура не меняет своего репрессивного характера. Она лишь маневрирует в интересах самосохранения и, в частности, использует для этого церковь. Одновременно диссиденты обвиняют церковь в коллаборационизме. Один из лидеров кубинской иммиграции, христианский демократ Альберто Монтанер:

Альберто Монтанер: Я полагаю, что кубинская церковь, которой руководит кардинал Ортега, боится режима. Она предпочитает служить кровавой диктатуре в ущерб служения обществу и свободе. Между тем, многие священники и даже епископы не согласны с подобной позицией кардинала и противостоят ей. Известен случай с отцом Хосе Конрадо из Сантьяго-де-Куба, который осмелился открыто выступить против коллаборационизма церкви. Его выслали с Кубы и направили на службу в испанскую Саламанку.

Виктор Черецкий: Подобную точку зрения на отношения церкви и государства на Кубе разделяют многие видные оппозиционные политики. Этого же мнения придерживается и американский политик кубинского происхождения Линкольн Диас Баларт:

Л.Диас Баларт: Кардинал Ортега превратился в личного секретаря братьев Кастро. Это очень печально. Подобная позиция наносит вред церкви, которая во все времена считалась защитницей угнетенных. Ну а отцы кубинской церкви заняли позицию в поддержку режима, играя фактически роль его прислужников.

Виктор Черецкий: Однако некоторые кубинцы находят и оправдание нынешней позиции церкви. Например, менее критично относится к политике кардинала Хайме Ортеги оппозиционный кубинский журналист Амадо Хиль. Он полагает, что лояльность режиму церковь проявляет, в первую очередь, для того, чтобы выжить, сохранить свое присутствие на острове и веру в народе. Не секрет, что когда церковь пыталась в 60-е годы противостоять коммунистическому режиму, с ней безжалостно расправлялись. В то время были репрессированы более двухсот священнослужителей. Церковь  оказалась на грани полной ликвидации. Амадо Хиль:

Амадо Хиль: Я полагаю, что католическая церковь придерживается определенной стратегии. Она хочет сохранить и преумножить свое присутствие на Кубе, сохранить, во что бы то ни стало, веру в народе, христианские духовные ценности, и «омолодить» верующих. Не секрет, что в последние годы храмы оставались пустыми, а на воскресные мессы приходили две-три старушки.

Виктор Черецкий: Эту же точку зрения разделяет священник Фройлан Домингес, который также напоминает, что основная забота христианской церкви во все трудные для нее времена, в том числе и во времена коммунистических диктатур, традиционно заключалась в том, чтобы выжить с целью продолжить свое служение.

Фройлан Домингес: Основная задача церкви служить Богу и людям. С этой целью она всегда обязана думать о будущем и выживать несмотря ни на что. Ведь наша церковь никогда не покидала кубинских верующих, даже в самые тяжелые времена. И всегда пыталась выполнять свою функцию, испытывая на себе самые свирепые преследования со стороны режима.

Виктор Черецкий: Отдельный вопрос - роль церкви в недавнем процессе освобождения политзаключенных. Тут тоже единого мнения нет. С одной стороны, очевидно, что режим согласился отпустить диссидентов не потому, что его в этом убедила церковь. Он желал показать, что готов прислушаться к мировому общественному мнению. И, разумеется, не просто так, а в обмен на экономическую помощь и отмену санкций, наложенных мировым сообществом за нарушение прав человека. С другой стороны, ясно и то, что церковь играла в процессе освобождения роль посредника между властями и политзаключенными. Правда, сейчас ее упрекают в том, что она не сумела уберечь узников от депортации в Испанию после освобождения. Бывший заключенный  Педро Пабло Альварес:

Педро П. Альварес: Полагаю, что не следует приуменьшать роль церкви. Именно она содействовала освобождению многих заключенных, хотя в тюрьмах Кубы еще остаются наши товарищи. Оценивая роль церкви, надо также учитывать, что ей приходится иметь дело с диктатурой, которая не привыкла идти на какие-либо уступки, которая подвергала церковь безжалостному гонению в течение пятидесяти лет. Мы, разумеется, в праве не соглашаться с кардиналом Ортегой. Мне лично представляется, что в вопросе о заключенных, он мог бы сделать больше. Но, тем не менее, факт остается фактом – большинство политзаключенных из тюрем отпущены. Кроме того, отпустив узников совести, режим так и не добился своей основной цели. Евросоюз не снял с Кубы свои санкции.

Виктор Черецкий: Итак, споры вокруг позиции церкви на Кубе продолжают вызывать полемику среди кубинских оппозиционеров. Однако тот факт, что на острове – какова бы ни была роль церкви -  не происходит  демократических преобразований, не прекращаются репрессии и грубейшие нарушения прав человека, ни у кого сомнений не вызывает. Например, сейчас кубинские диссиденты и международные правозащитные организации требуют от властей Кубы расследовать очередное злодеяние – убийство полицией в городе Санта-Клара бывшего политзаключенного Хуана Сото Гарсия. Он был зверски избит прямо на улице сотрудниками полиции, после чего скончался в больнице. Лауреат сахаровской премии кубинский журналист Гильермо Фариньяс, хорошо знавший погибшего диссидента:

Гильермо Фариньяс: Хуана Сото Гарсия мы называли «школьником». Ведь он попал в тюрьму в качестве политзаключенного, когда ему было всего-то 16 лет. С тех пор за ним сохранилось это прозвище. Это был обычный человек, от других он, возможно, отличался лишь своей повышенной любовью к свободе. В тот день, когда случилась трагедия, Сото находился в городском парке и разговаривал с несколькими приятелями. Разговор, кстати, шел о футболе – не о политике. К ним подошли представители спецслужб, велели людям разойтись, затем надели на Хуана наручники и принялись избивать его на глазах у всех посетителей парка. После этого оппозиционера затащили в полицейскую машину и увезли. Видимо, именно в машине ему стало плохо и полицейским пришлось доставить его не в участок, а в больницу. Там он и умер.

Виктор Черецкий: Власти, несмотря на показания многочисленных свидетелей преступления, утверждают, что оппозиционер умер естественной смертью – от некой хронической болезни, которой, кстати, по свидетельству его знакомых, никогда не страдал. С протестами против убийства диссидента выступила «Международная амнистия», испанская общественность, устроившая манифестацию у кубинского  посольства в Мадриде, правозащитные организации во всем мире. Несколько кубинских диссидентов объявили голодовку. Гильермо Фариньяс:

Гильермо Фариньяс: Один из врачей, который его осматривал, рассказал мне на условиях анонимности, что Хуану отбили почки ударами полицейской дубинки. Официальная версия властей в связи с его смертью – он страдал хроническим заболеванием на почве алкоголизма. На самом деле Хуан никогда в рот спиртного не брал и вел абсолютно трезвый образ жизни. Добавлю, что в последнее время он постоянно подвергался угрозам со стороны полиции.

Виктор Черецкий: Кубинские диссиденты проводят сейчас голодовку не только в знак протеста против гибели своего товарища – Хуана Сото. Правозащитник Анхель Энрике Фернандес зашил себе рот и отказывается принимать пищу в связи с приговором, который кубинский суд вынес в марте американскому гражданину предпринимателю Алану Гроссу. Он приговорен к 15 года – «за подрывную деятельность» против режима братьев Кастро. Вина американца в том, что он привез на Кубу телефоны спутниковой связи, контролировать которую режим технически не в состоянии. Живущий в иммиграции кубинский журналист Вильфредо Кансио:

Вильфредо Кансио: Я думаю, что речь идет о заранее подготовленной провокации, направленной, в первую очередь, против Соединенных Штатов. Направлена она и на «внутреннего» потребителя, поскольку имеет целью доказать населению способность режима бросить очередной вызов Америке. Кроме того, власти крайне опасаются, что хоть какая-то даже малая часть населения может получить бесконтрольный доступ к общению с заграницей. Этого кубинский тоталитарный режим никак стерпеть не может. Он должен контролировать на острове всех и вся: что люди едят, во что одеваются, что думают, о чем говорят по телефону. И главное, какого рода информацию получают из-за рубежа. Не дай Бог, кубинцы узнают, что где-то люди живут не так, как они – не в кромешной нищете, а по-человечески, достойно. Отсюда и ненависть, которую вызвал Алан Гросс.

Виктор Черецкий: Добавлю, что американец, которому 61 год, утверждал на суде, что его деятельность не имела на Кубе никакой политической подоплеки. Будучи активистом еврейской общины США, он всего-навсего привез спутниковые телефоны в дар представителям местной еврейской диаспоры - для того, чтобы они могли общаться на религиозные темы с единоверцами, живущими в других странах.

Виктор Черецкий

Источник: Радио Свобода

Главная

Куба приговорила американца за интернет-диверсию

Американский подрядчик Алан Гросс, 61, по дороге в суд в Гаване.

Суд в Гаване приговорил Алана Гросса к 15 годам заключения – американец «угрожал независимости и территориальной целостности Кубы», потому что раздавал кубинцам приспособления для подключения к интернету.

- Куба считает преступлением доступ к информации и технологиям, - заявил в субботу сразу же после приговора пресс-секретарь Госдепа США. – Алан Гросс работает в агентстве международного развития и помогает людям в 50 странах. И кубинцам он помогал общаться с остальным миром. Мы добиваемся его освобождения.

Коммунистическая диктатура братьев Кастро издавна считает интернет оружием против себя. Два дня тому назад кубинское телевидение показала передачу, в которой инженер-электроник рассказал, как в 2007 году он был завербован ЦРУ. Оно контрабандой доставило ему четыре спутниковые антенны, спрятанные в досках для серфинга. Эти приспособления должны были помочь кубинцу в создании агентурной сети.

В обосновании приговора для 61-летнего Гросса можно прочитать, что он собирался принять участие в подрывной деятельности правительства США, которая имела целью уничтожение революции путем использования коммуникационных систем вне контроля правительства Кубы. План в целях дестабилизации предназначался «особенно для сообществ молодежи, студентов, женщин и расовых меньшинств». Гросс таким образом совершил деяния против независимости и территориальной целостности Кубы. Прокуратура потребовала 20 лет тюрьмы.

Гросс является работником фирмы DAI, которая работает по поручению американского Агентства Международного Развития, подотчетного Государственному Департаменту. В 2009 году он был пять раз на Кубе, где ознакомил местную еврейскую общественность с технологиями спутниковой связи, и раздавал кубинцам телефоны и другие девайсы, позволяющие устанавливать связь с интернетом. До начала этого года доступ к интернету был на Кубе разрешен только для номенклатуры и иностранцев. В конце концов Гросс был арестован и просидел 15 месяцев без предъявления обвинений. Похудел на 40 килограмм и заболел. Неделю назад состоялся его двухдневный процесс. Власти впустили в зал жену Гросса и американских дипломатов. Гроссу разрешили нанять своего адвоката.

Однако ожидания, что незначительно улучшившиеся во время президентства Барака Обамы отношения Гаваны с Вашингтоном склонят диктатуру к милосердию, не оправдались – приговор оказался лишь на пять лет мягче того, который требовала прокуратура. Обама отменил введенные Джорджем Бушем ограничения на поездки кубинских эмигрантов на Кубу и на высылку денег для их семей. Также он обещал отменить эмбарго на торговлю с Кубой, если режим освободит политических заключенных и начнет демократизацию. Приговор Гросса в свою очередь эти отношения ухудшит.

Адвокат Гросса собирается подать апелляцию, и западные дипломаты в Гаване допускают, что она может быть принята во внимание или президент Рауль Кастро воспользуется правом помилования.

К тому же в субботу режим освободил Оскара Бискета, одного из наиболее известных оппозиционеров, приговоренных в 2003 году. Бискет тогда получил 25 лет. Теперь он вышел на свободу, хотя он категорично и отказался уехать с острова. С июля 2010 года Куба освободила 49 политических заключенных из 52, но всех депортировала за границу. Бискет уже второй освобожденный узник, которому власти разрешили остаться на острове. 49-летний врач обещал, что и дальше будет работать в оппозиции.  

Мачей Стасиньский

Источник: Gazeta Wyborcza

Главная

С какими результатами встречает Куба закат эры Фиделя Кастро?

Владимир Кара-Мурза: Кубинский лидер Фидель Кастро собирается оставить пост первого секретаря кубинской коммунистической партии, передает мировая пресса. Предположительно, новое руководство кубинские коммунисты выберут только в апреле. Ожидается, что Коммунистическую партию Кубы возглавит брат лидера кубинской революции Рауль Кастро. Ранее Рауль Кастро давал понять, что в ближайшие годы ветераны революции должны уступить дорогу молодым партийным и государственным деятелям, которые доказали свою преданность идеалам революции и чья молодость и энергичность позволит им активнее продвигать реформы на острове. Не случайно, что главной темой открывающегося через полтора месяца в Гаване партийного съезда станет принятие программы социально-экономических преобразований на острове. Ее открытое обсуждение всеми кубинцами проходит с 1 декабря прошлого года. Фидель Кастро не появлялся на публике с июля 2006 года, когда перенес операцию на кишечнике. Тем не менее, летом прошлого года Фидель Кастро вновь предстал перед публикой: он посетил кубинский океанариум, Национальный центр научных исследований в Гаване и Центр исследований мировой экономики. В январе 1959 года революционеры под предводительством Фиделя Кастро захватили власть на Кубе, свергнув диктатуру Батисты. Единственной легитимной политической партией на Кубе является созданная в 1965 году Коммунистическая партия. О том, с какими результатами встречает Куба закат эры Фиделя Кастро, в нашей программе сегодня говорят Леонид Велехов, заместитель главного редактора холдинга "Совершенно секретно" и Аркадий Дубнов, международный обозреватель газеты "Московские новости". Как по-вашему, может ли отставка Фиделя Кастро стать прологом для реформ на Острове свободы?

Аркадий Дубнов: Это объявлено уже как пролог реформ руководством кубинским партийным. Но по сути вряд ли что-то кардинально изменится, какой-то Рубикон, через который Куба пройдет в апреле этого года. Потому что в принципе все то, что происходит сейчас, просто будет зафиксировано формально результатами съезда, где действительно скорее всего Рауль утвердится в статусе лидера кубинского на предстоящее время, сколько ему отпустит, что называется, Бог, поскольку ему в этому году уже исполнилось 79 лет. А что касается Фиделя, отвечая на незаданный вопрос, думаю, что вряд ли можно было предполагать, что на съезде Фидель уступит пост первого секретаря компартии, несмотря на объявленные изменения, если бы не события в северной Африке. Я думаю, что это дыхание горящих пустынь дошло до Кубы, береженого бог бережет, они решили как-то упредить события.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, поддается ли реформированию кубинский режим, созданный Фиделем Кастро?

Леонид Велехов: В экономическом отношении да, частично поддается. Эти реформы идут, они начнутся не в апреле и не вчера они начались. Рауль Кастро, как только оказался у руля политического и экономического, стал производить преобразования. И по кубинским меркам эти преобразования достаточно существенны, даже, можно сказать, очень существенны. Потому что впервые после революции 59 года, когда все было национализировано, вновь появилась частная собственность, в том числе частная земля была отдана, пусть с какими-то условиями, крестьянам, появился частный сектор. И это все было достаточно динамично. И повторяю, по меркам Кубы, страны, заставшей вне времени и пространства, это были и есть, и происходят серьезные перемены. Что же касается Фиделя, он до такой степени давно, когда он выпал из событий, тяжело заболев, перенеся тяжелую операцию, он на события не влияет, он делал попытку возвращения в политический строй летом прошлого года, появился несколько раз на публике, произнес какие-то наставления в марксистско-ленинском духе, потом вновь исчез. И повторяю, он давно вне политического процесса.

Владимир Кара-Мурза: В какой момент, по вашим наблюдениям, кубинский режим оказался в идеологическом кризисе и политическом тупике?

Леонид Велехов: Этот момент совершенно очевидный, когда началась перестройка, Горбачев предельно сократил, потом и вовсе прекратил помощь Кубе, распад социалистического лагеря. Это был тяжелейший кризис, гораздо более тяжелый, чем тот, который переживает Куба сегодня. Если режим тогда умудрился выстоять и выжить, то, я думаю, что не сегодня тем более строить прогнозы его сколько-нибудь скорого падения. Потому что то, что было тогда, когда страна просто оказалась без ничего, без продуктов питания, без энергоносителей, без какой бы ни было помощи, тем не менее, режим выстоял – это свидетельство его такой, увы и ах, но жизнестойкости.

…

Владимир Кара-Мурза: Можно ли сказать, что этот национальный менталитет и обеспечивает устойчивость правящего режима на Кубе?

Леонид Велехов: Тут много факторов, о ряде совершенно справедливо говорил Аркадий. Я бы добавил еще несколько. Не будем забывать, что Куба поставила еще один рекорд. С Кубы за время правления Фиделя Кастро уехало два миллиона человек. Такого исхода в истории больше не было. Напомню, что количество народонаселения там около 11 миллионов. То есть пятая часть населения из страны уехала. Такого не было ни в России после революции, нигде. И понятно совершенно, что уехали наиболее предприимчивые, наиболее талантливые, наиболее образованные, наиболее энергичные и так далее. Большинство из них, полтора миллиона осело в Майями, и Майями, который в конце 50 годов был глухой деревней, еще плюс американская военная база там была, за этот период, за 50 лет превратился в один из финансовых, рекреационных, деловых центров Соединенных Штатов исключительно, почти исключительно, помимо режима наибольшего благоприятствования, который существует в Америке для предприимчивых, способных и образованных людей, благодаря кубинцам - это все сделали кубинцы. Так что тут эти разговоры о том, что кубинцы любители только выпить и закусить, как известно, ром, сигара и мулатка - это скорее миф. Хотя они очень любят это делать, но как мы видим, они отлично умеют работать. Так вот, этот исход был последовательной политикой Фиделя Кастро, но было много эпизодов, когда он выбрасывал людей из страны, когда под крышкой такого котла слишком много скапливалось, давление становилось большим, он открывал крышку, открывал границу. Так было и в начале 80 годов, так было и в начале 90 годов, и давал возможность этим людям уехать. Вот вам менталитет и вот вам один из секретов сохранения этого режима. Если бы эти люди, которые уехали, остались бы на Кубе, были бы закрыты, как мы были закрыты в Советском Союзе, никуда не могли уехать, ни в какую эмиграцию, картина была бы совершенно другая.

Владимир Кара-Мурза: Александр Подрабинек, правозащитник, бывший советский политзаключенный, считает уход Фиделя символическим жестом.

Александр Подрабинек: Уход Фиделя Кастро с главного партийного поста такая уступка обществу, которая на самом деле много ничего не значит, но жест достаточно символический. Потому что, конечно, партийная должность - это некоторый знак, это некоторый символ. Хотя реальная власть сосредоточена в руках исполнительной власти, в руках Рауля Кастро, его приближенных, в руках правительства. А возможно, что события на Ближнем Востоке, на севере Африки являются некоторым стимулом для кубинских коммунистов, чтобы как-то сделать вид, что какие-то изменения происходят и здесь, что как-то идет навстречу обществу и кубинская коммунистическая диктатура. Думаю, что серьезным образом это ничего не изменит. Но, видимо, он находятся в несколько напряженном состоянии и ожидают событий, подобных египетским и может быть ливийским.

Владимир Кара-Мурза: Согласны ли вы с Александром Подрабинеком?

Аркадий Дубнов: Абсолютно не быть согласным невозможно, но с другой стороны согласиться я не могу с Александром Подрабинеком. Я уже говорил отчасти - почему. Природа бунтов в северной Африке и возможных перспектив такого рода на Кубе разная. Что любопытно, мне кажется, объявление о том, что Кастро покинет пост первого секретаря, было принято и объявлено сегодня именно в связи с тем, что в Гаване верхушка опасается такого рода рецидивов. Интересно, что когда происходили события в Тунисе, только к концу событий, когда Бен Али бежал, на Кубе официальная пропаганда сообщила об этом событии, указав, что причина этого - американские шпионы и прочая подрывная деятельность за рубежом. Про события в Египте и в Ливии вообще ничего не сообщается. То есть, есть попытка утаить, спрятать эти события, значит есть боязнь. То есть в этом смысле, конечно, исключать подобного рода события невозможно. Повторяю, что ментальность кубинцев и их уважение к своим символам еще является определенным скрепом на пути такого рода хаоса. И еще надо учесть, что кубинская верхушка не живет так, как живет руководство режимов в любых других странах арабских, там нет ничего напоказ. Там буржуазия, аристократия кубинского коммунистического руководства абсолютно похожа на аристократию советского коммунистического руководства. Мы мало могли видеть, как живут наши бонзы, так и здесь кубинцы тоже мало этого видят и напоказ этого богатства, миллиардов, 30 миллиардов, которые можно было арестовать, как сделано в Соединенных Штатах по отношению к Каддафи, по отношению к кубинским лидерам, видимо, сделать будет сложно, их нет таких.

Владимир Кара-Мурза: Есть ли на Кубе американское телевидение или другие средства массовой информации, которые могли бы рассказать им правду о событиях на арабском Востоке?

Леонид Велехов: Нет, американское телевидение надежно глушится, если иметь в виду "ТВ-Марти", такую самую крупную вещающую телекомпанию, вещающую специально на Кубу, но едва доходящую бледной тенью до каких-то прибрежных районов, и в общем никто это не смотрит. В наш век Интернета все знают и так. Помимо Интернета, я еще раз повторюсь, в каждой кубинской семье есть родственники за границей, все знают все. Кто хочет эту информацию как-то абсорбировать, как-то пережить, как-то интеллектуально перерабатывать, тот это делает. Кто не хочет, отстраняет от себя, тот живет так. Конечно, все знают все и давно никто не ориентируется в поисках информации на газету "Гранма", она давно представляет из себя жалкий малого формата листок. Информация вся есть.

Владимир Кара-Мурза: Игорь Фесуненко, журналист-международник, в 70-80 годы собкор советского радио и телевидения на Кубе, уверен, что кубинский режим зашел в тупик.

Игорь Фесуненко: Конечно, какие-то перемены будут, потому что они в тупике, и не меняя режим, дальше будет только хуже. Насколько эти перемены будут весомыми – покажет жизнь, я не знаю. Потому что все равно довлеют старые представления в руководстве. И хотя младший брат, который сейчас у руля, Рауль куда более широко смотрит на вещи, пытается делать какие-то, если не реформы, то по крайней мере, подступаться к реформам, все это было до сих пор довольно нерешительно, довольно робко. Посмотрим. Во всяком случае тот факт, что Фидель вообще хочет уйти от руководства страной – это вселяет некоторую надежду. Потому что его влияние, даже несмотря на то, что главный пост был отдан брату, было достаточно сильным, Рауль все равно на него очень сильно оглядывался.

Владимир Кара-Мурза: Насколько силен, по вашим наблюдениям и сведениям, репрессивный аппарат кубинского режима?

Аркадий Дубнов: Просто надо понимать, что репрессивный аппарат, спецслужбы кубинского режима - это сами кубинцы. То есть это те самые кубинцы, которые являются частью этого народа. Говоря о сопротивлении кубинском и той части кубинцев, которые сопротивляются, и той части, которая готова карать это сопротивление, надо просто понимать, что их не разделяет ничего, как это бывает в других странах, никакие кланы, никакие племена. Там монокультурная страна, то есть мононациональная страна, моноэтническая страна, моноконфессиональная страна. В этом смысле такого рода причин для возникновения гражданской войны, если не считать, что можно предположить, что майямская эмиграция американская может высадиться когда-нибудь и начать сводить счеты с кубинской бюрократией. Но мне кажется, что чем дальше, тем менее становится вероятным. Так вот, причин для гражданского противостояния нет, тем более вооруженного. С этой точки зрения перспективы такого мятежа, таких кровавых бунтов не кажутся возможными.

Вот что я еще хотел сказать о том, что на Кубе весьма важным фактором сопротивления кубинскому режиму является католическая оппозиция. Я встречался с человеком, ему 55 лет, очень образованный, прекрасно говорящий по-английски, по-испански человек, он не был никогда священнослужителем, но хорошо образован и в свое время был немного близок к тому окружению кубинских католиков, которые имели связи с Папой Иоанном Павлом. Сегодня кардинал кубинский поддерживает кубинский режим, у него очень хорошие отношения с Кастро. Потому что у Кастро хорошие отношения с нынешним Папой римским. И в этом отношении кубинские оппозиционеры католического свойства, они считают, что главной целью нынешнего момента является упредить возможность того, что коммунистическое руководство сумеет насадить такую власть, которая оказалась у власти в постсоветской России, то есть придут олигархи кубинские. Он мне рассказывал, что сейчас кубинское руководство потихонечку скупает собственность на Кубе, то есть сегодня купить собственность невозможно, там нет законов, нельзя приватизировать недвижимость, там даже машину нельзя купить нормальную, потому что нет законов таких. Тем не менее, подпольно эта собственность скупается. И он очень боится, что к власти придет та оппозиция, которая объявит себя антикоммунистами, но которая на самом деле является коммунистами, которые приобрели собственность, то есть кубинские олигархи, и этот режим просто будет мимикрировать, то есть те коммунисты, которые были у власти, они останутся у власти. С этой точки зрения очень хорошо понимают, что произошло в 90 годы в России, и пытаются этому противостоять, создавая независимое гражданское общество раньше, чем нынешний коммунистический режим сумеет плавно перетечь в олигархический режим. И с этой точки зрения спецслужбы являются частью попыток власти коммунистической стать собственниками. Как известно, как это в России произошло, силовые структуры стали структурами, среди которых собственников оказалось больше, чем среди других страт таких общественных. Некоторые кубинцы это хорошо понимают, пытаются это упредить.

…

Владимир Кара-Мурза: Владимир Буковский, советский правозащитник и бывший политзаключенный, понимает логику передачи власти на Кубе.

Владимир Буковский: Мы все знаем, что смена власти на Кубе ожидаема. Власть была передана брату и все сохранено, вся структура, созданная при Кастро, осталась целой, ее не меняли. Поэтому, я думаю, чисто логическое продолжение и качественных изменений оно само по себе не принесет. Кастро последние несколько лет мало вмешивался в реальные политические решения, оставил своим соратникам и своему брату, и поэтому все то, что они хотели менять, они меняют, он им не препятствует. Так что не думаю, что его полный уход означает облегчение для кого-то, я думаю, он уже не участвует ни в чем.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем вопрос из Нижегородской области от радиослушателя Владимира.

Слушатель: Здравствуйте. Рой Медведев минуту назад говорил, что Кубу уважали и уважают. А разве Советский Союз не уважали? Уважали, но рухнул. А то, что воинствующий филистер и демагог уходит с перепугу, наши вожди до самого последнего, умирали, а власть не отдавали. Надеяться на какие-то перемены на Кубе, легче теорему Ферма разгадать, нежели какие-то уступки они сделают. Вопрос у меня такой: у них там выборы какие-нибудь есть или как у нас в России маскарад какой-то экзотический?

Аркадий Дубнов: Сначала прежде, чем ответить на вопрос, скажу, что у нас завтра исполняется 80 лет одному из тех вождей, который не стал за власть держаться, и в результате тот самый режим, о котором вы говорите, 70 лет стоял, он и рухнул. Если проводить аналогии с Кубой, то там поначалу Рауля Кастро даже хотели некоторые видеть кубинским Горбачевым. Но, видимо, масть не та и возраст не тот. Короче говоря, Горбачева из Рауля Кастро, видимо, не получится, но тем не менее, тенденция все равно в этом направлении складывается на Кубе. 70 лет кубинский режим явно не выдержит. Вот уже начался только шестой десяток, а уже начинает трескаться. Что касается выборов на Кубе, да, вы правы, выборы на Кубе фактически выглядят так, как выглядели выборы в Советском Союзе – за блок беспартийных и коммунистов.

Владимир Кара-Мурза: Слушаем москвича Александра Николаевича.

Слушатель: Добрый вечер. У меня короткий вопрос: Латинская Америка, испаноязычные страны развиваются все по-разному. Венесуэла, лучший друг Чавес Фиделя – это одно. А Аргентина, Бразилия, прекрасно развивающаяся страна, Чили. Какие взаимоотношения? Все-таки испанцы там застроили своими гостиницами, полно иностранцев, больше всего канадцев приезжает на отдых на Кубу, она сохранила свою экологию. Так вот в самой Латинской Америке в отличие от арабского мира, какие там процессы происходят? Можно сказать китайский вариант – это одно, а латиноамериканский и бразильский вариант - это совсем другое.

Владимир Кара-Мурза: Какова специфика Кубы среди других государств Латинской Америки?

Леонид Велехов: Это такой вопрос для небольшого доклада. Очень разные всюду ситуации, эти ситуации бывают живые, подвижные. Как известно, в последние годы в Латинской Америке жизнь политическая полностью иллюстрирует знаменитый политический закон маятника. То есть нормальный идет процесс, к власти приходят то социалисты, то либералы правого толка в тех странах, которые идут внятным политическим и экономическим путем, то есть Аргентина, та же Чили, Бразилия. Поэтому все очень по-разному. Я бы хотел развеять миф о том, что какой-то существует культ Фиделя Кастро в Латинской Америке. Это, конечно, такой миф ушедших времен. Да, когда-то в 60 годы это была сверхпопулярная, харизматическая по своему содержанию фигура, и в Латинской Америке влияние, вес, авторитет Фиделя Кастро был значительный. Но конечно давно уже к нему в странах Латинской Америки относятся как к "священному" чудовищу, к политическому динозавру. Я не знаю, во всяком случае, никогда в разговорах с латиноамериканцами из разных стран, с политиками, не с политиками, я давно уже не слышал, чтобы кто-то поклонялся этому идолу, этому божеству - это все в прошлом.

…

Владимир Кара-Мурза: Способствует ли популярности кубинского лидера его личная скромность?

Аркадий Дубнов: Я не могу сказать, что о личной скромности команданте на Кубе ходят легенды. Скорее ходят легенды о его когда-то бывшей мужской силе, о его любви к женщине, о том, что как любвеобильный мужчина, как кубинец ни в чем себе не отказывал. Он курил сигары, он любил женщин, он плодил детей. К слову сказать, отвечая на вопрос нашего слушателя относительно того, что он ничем себя не скомпрометировал, можно спорить с этим. Во всяком случае, если бы вы послушали, что говорят о нем женщины, которых он любил и которые его любили, некоторые из его близких родственников, которые бежали от него кто куда, кто в Испанию, кто куда еще, они могли бы рассказать нечто другое. Такова природа кубинцев, они не сразу будут рассказывать все про своих идолов. Я, кстати, хочу задать вопрос даже себе: что будет спустя какое-то количество лет, когда начнут разгребать потаенные секреты кубинской революции, что делал Кастро со своими единомышленниками и соратниками? Ведь им всем стоят памятники. Он сделал великие вещи: они тайно погибали, героически погибали, им ставили памятники, но много кубинцев знает, что на самом деле Кастро избавлялся от своих соратников самым жестоким образом.

Владимир Кара-Мурза: Существует ли какой-то политический компромат на кубинских руководителей, можно ли назвать этот режим коррумпированным?

Леонид Велехов: Колоссальный существует (…), но нужно иметь какие-то иконы и богов, (…), но к этим иконам не стоит прикасаться, потому что они тоже рассыпятся. Кастро уничтожил огромное количество людей, и когда он пришел к власти в 59 году, и об этом существуют документальные свидетельства, как людей просто расстреливали, тех же самых не только офицеров, но солдат армии Батисты, просто людей заподозренных. Хотя эти люди были на службе, они защищали официальный государственный режим. Людей расстреливали, просто подводили ко рву и стреляли им в затылок. Потом, сколько и своих политических союзников, ходят известные вполне, фактически подтвержденные истории, версии того, что случилось с (…)Че Геварой и так далее. Что касается коррумпированности этого режима, то тут тоже не нужно сохранять заблуждения. Режим коррумпированный, и у семьи Кастро весьма солидные заграничные сбережения в банках и швейцарских, и испанских и так далее – это тоже известные факты, и по этому поводу существует большая документация. Но, конечно, у них нет таких богатств, как у Каддафи, но тем не менее, дело не в количестве. Режим абсолютно коррумпированный, режим очень жестокий, режим, который за 50 лет своего существования погубил не единицы, не десятки, не сотни даже, как пиночетовский режим, а тысячи и десятки тысяч людей.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, способна ли эта преемственность, которую собирается операцию преемник провести Фидель Кастро, уберечь этот режим от системного кризиса?

Аркадий Дубнов: Я просто обращу внимание, мы об этом еще не говорили, что 6 съезд компартии, который состоится в апреле, он как будто бы очередной после 5 съезда. Но если мы вспомним, что 5 съезд компартии состоялся в прошлом веке, по-моему, в октябре 1997 года, то есть 14 лет назад, то можем сказать, что Куба действительно, как сказал один из сегодняшних наших участников, в серьезном тупике. И сможет ли эта попытка съезда начертить новые графики выхода из этого тупика, я сильно сомневаюсь. Единственный выход, если режиму удастся своим новым имиджем обновить представление о том, что революция не умерла. Там же, если ехать по городам и дорогам Кубы, характерно можно обратить внимание, что лозунги революционные, их уже нет. Там такой лозунг – "Революция продолжается". Вот этим заклинанием кубинское руководство пытается убедить людей, что по-прежнему Куба развивается, идет вперед, весь мир на нее молится и у нее впереди достижения и победы. Я повторяю, что шансов на то, что удастся сохранить режим в нынешнем виде, фактически нет, он должен будет меняться. Я думаю, что Рауль Кастро вряд ли долго усидит на своем месте, как только начнутся реальные перемены с точки зрения экономики, к власти придут люди, которые реально владеют экономическими рычагами и пользующиеся поддержкой кубинской эмиграции.

Владимир Кара-Мурза: Считаете ли вы созыв очередного съезда коммунистической партии Кубы после столь длительного перерыва признаком растерянности правящей верхушки?

Леонид Велехов: Ничего, конечно, это не признак. Какой-то съезд партии, ну и что из этого? Никогда на их съезды партии, съезды партии на Кубе и в прежние годы были абсолютной формальностью. Верхушка, конечно, растеряна, верхушка, конечно, ищет выход. Но она растеряна не из-за событий в северной Африке, она растеряна прежде всего из-за той катастрофической нищеты, в которой находится Куба, катастрофической экономической ситуации, которая способна спровоцировать какие-то волнения, какой-то хаос. Вместе с тем эта верхушка, как я говорил в начале разговора, ищет выход, предпринимает реальные шаги, реальные реформы, которые, конечно, с высоты нашего российского опыта последних 20 лет могут показаться ничтожными, но в контексте кубинской жизни они весьма существенны. И учитывая предприимчивость кубинца, кубинского национального характера, кубинского народа, он эти реформы, мини-реформы, микро-реформы, небольшие преобразования, мы это видим, но я на Кубе бывал в прежние годы очень часто и много лет ею занимаюсь, я знаю, как страна жила и как сейчас жизнь экономическая жизнь на бытовом уровне, не только на макроэкономическом, начинает меняться, она ожила. И посмотрим, я считаю, что Рауль Кастро ситуацию контролирует.

Владимир Кара-Мурза: Как по-вашему, есть ли уже первые признаки, что ресурс устойчивости этого режима исчерпаем?

Аркадий Дубнов: Я продолжу мысль коллеги Велехова - жизнь ожила. Своеобразно. Смотрите: верхушка кубинская боится потрясений типа североафриканских, тем не менее, несмотря на то, что мы все время говорим, что это разные вещи. Несколько дней назад кубинские правозащитники, диссиденты, революционеры отмечали годовщину смерти одного из диссидентов, оппозиционер, который умер в тюрьме от голодовки. Он был посажен в 2003 году и скончался в феврале прошлого года. Так вот, кубинские власти арестовали несколько десятков активистов по всей Кубе, когда они вышли отметить годовщину этой смерти. У меня большой список, мне прислали. Чего ради? Они вышли не на политическую демонстрацию, они вышли только для того, чтобы вспомнить своего коллегу, своего соратника, друга, который погиб в сухой голодовке. И тем не менее, они все были задержаны. Более того, несколько известных правозащитников и оппозиционеров, которых кубинские власти выпустили из того количества, по-моему, 75 человек, арестованных в "черную весну" 2003 года и которые, верхушка рассчитывала, что они эмигрируют, 7 человек из них отказались уезжать вместе со своими семьями. Они остаются на Кубе, потому что это кубинцы, они очень любят страну и надеются на то, что эта живая жизнь, о которой говорил Леня Велехов, она сегодня начинает приобретать новые очертания.

Источник: Радио Свобода

Главная

Обама пообещал кубинцам поддержку в "стремлении к свободе"

Орландо Сапато Тамайо.

США непоколебимы в стремлении защитить право кубинцев на свободу, говорится в заявлении президента США Барака Обамы, выпущенном по случаю годовщины со дня смерти заключенного Орландо Сапаты Тамайо.

"С того момента, как я стал президентом, я поддерживал кубинский народ в его стремлении к свободному определению своего будущего, свободе и справедливости. Сегодня и всегда кубинский народ должен знать, что его страдания не остаются незамеченными и что США непоколебимы в своем стремлении защитить неотъемлемое право кубинцев на свободы, определившие лицо Америки и общие для всех людей", - отметил Обама.

Риторика Вашингтона и Брюсселя в отношении Кубы - на острове эту риторику называют "медийной кампанией против Революции" - ужесточилась после того, как в феврале 2010 года после 85-дневной голодовки протеста против условий содержания скончался заключенный Орландо Сапата Тамайо, которого организация "Международная амнистия" объявила "узником совести".

Обама в очередной раз призвал власти Кубы отпустить всех политических заключенных.

"Бессмысленная и трагическая смерть Орландо Сапаты Тамайо привлекла вниманием мира к продолжающемуся дурному обращению с теми, кого кубинские власти незаконно удерживают за храброе отстаивание прав кубинского народа ", - отметил американский лидер.

Мария Табак

Источник: РИА НОВОСТИ  

Главная

Что не работает в кубинской перестройке?

Ирина Лагунина: Экономические реформы, проводимые на Кубе, пока не приносят тех плодов, на которые рассчитывал режим. Одновременно налицо резкое ухудшение положения большинства жителей страны. Об этом, в частности, говорится в недавно опубликованном докладе Королевского института "Элькано", ведущего испанского исследовательского центра по вопросам международной жизни. Рассказывает Виктор Черецкий.

Виктор Черецкий: Преобразования идут полным ходом. Одна из последних мер, которая не оставила равнодушным население – отмена карточек на мыло, зубную пасту и стиральный порошок. Это не означает, что упомянутых товаров стало больше, и каждый сможет купить их без ограничения. Наоборот, теперь многим кубинцам, например, пенсионерам, получающим пособие, эквивалентное семи долларам в месяц, они станут недоступными, поскольку будут продаваться не по льготным - "карточным ценам", а по коммерческим. И если без стирального порошка еще как-то можно обойтись, то без еды будет значительно труднее. А ведь не за горами то время, когда кубинские власти отменят карточки на продукты, введенные еще в 60-ые годы прошлого столетия. Эта мера оправдывается плачевным состоянием кубинской экономики и задачами спасти так называемые "завоевания социализма", то есть, существующий режим. Кубинский лидер Рауль Кастро заявил не так давно с изрядной долей патетики.

Рауль Кастро: В нынешних условиях нашей экономики нерационально и в принципе невозможно поддерживать низкие цены на товары и продукты питания. Или мы перестроимся, или – времени у нас уже нет - мы окажемся в пропасти.

Виктор Черецкий: Среди уже принятых мер – ликвидация системы бесплатных столовых на производстве. Среди грядущих – массовое увольнение рабочих и служащих, закрытие нерентабельных госпредприятий, погрязших к тому же в коррупции. Скандал следует за скандалом. Чиновники-коррупционеры умудрились развалить даже один из столпов промышленности острова – производство никеля. Рассказывает кубинский журналист Луис Фелипе Рохас.

Луис Ф.Рохас: На производстве выявилась пропажа станков и оборудования, которые были вывезены неизвестно куда и проданы. Исчезли даже новые закупленные заграницей машины, которые не успели распаковать. К делу оказалась причастна не только местная администрация, но и чиновники из министерства.

Виктор Черецкий: В ближайшие месяцы планируется уволить порядка полумиллиона рабочих и служащих. Цифра немалая для страны, население которой составляет всего 11 миллионов. Вот что говорит об этом Рауль Кастро:

Рауль Кастро: В первом квартале мы пересмотрим трудовые отношения с сотрудниками государственных предприятий. Мы ликвидируем ненужные рабочие места, поскольку занятые на них люди лишены всякого стимула, не зарабатывают на жизнь полезным трудом. Таким образом, мы сократим расходы.

Виктор Черецкий: По мнение живущего в иммиграции кубинца доктора экономических наук Анди Гомеса, массовые увольнения – еще одно свидетельство полного краха коммунистической систему на Кубе, некогда торжественно декларировавшей всеобщую занятость.

Анди Гомес: Очевидно, что кубинская экономика находится в коматозном состоянии. В этой связи тоталитарному режиму ничего не остается делать, кроме как увольнять всех подряд. Естественно, это вызывает огромное недовольство населения.

Виктор Черецкий: Кубинские власти заявляют, что уволенные должны обеспечивать сами себя, проявлять инициативу, развивать мелкое кустарное производство и, самое главное, платить налоги государству. Эти налоги должны быть большими, чтобы, с одной стороны, граждане не обогатились и, не дай Бог, не прекратились бы в капиталистов, а, во-вторых, они должны пополнить разоренную казну. В этой связи кубинцам разрешили создавать производственные кооперативы, открывать собственное дело и даже строить в частном порядке жилье, что раньше было строжайше запрещено. Правда, частную собственность иметь при этом все же не разрешили. Население, естественно, послаблениями воспользовалось. Но довольно своеобразно. Люди ограничиваются перепродажей вещей и продуктов - то ли украденных, то ли полученных по карточкам, сдают койки и комнаты, тиражируют и сбывают пиратские аудиодиски, кто-то отваживается даже открыть чайную на два столика, но не больше. Некоторые, лишившись из-за реформ последнего куска хлеба, подались из глубинки в столицу - Гавану, которая в последнее время обросла поселками из лачуг. Живущий в иммиграции, кубинский экономист Оскар Эспиноса.

Оскар Эспиноса: На Кубе наблюдается быстрый процесс обнищания большой части населения. Он особенно ощущается в появившихся в последнее время вокруг столицы и других крупных городов маргинальных поселках. К примеру, вокруг Гаваны поселились выходцы из восточных провинций страны. Они воспользовались имеющимися пустырями и построили на них тысячи лачуг.

Виктор Черецкий: 40-летняя Арбелья Тамайо, обитающая в лачужном поселке Пьедрас, ремонтирует одежду соседям, а ее муж покупает и перепродает фрукты, которые тащат с государственного сельскохозяйственного предприятия крестьяне.

Арбелья Тамайо: Муж ходит в соседнюю деревню и потихоньку покупает у крестьян манго, которое потом продает соседям, ну а я шью на дому.

Виктор Черецкий: Лучше других устроился молодой афрокубинец Леонель Мосо. Он с утра отправляется пешком из поселка в Гавану, где, как он выражается, работает в "туризме" - знакомится с пожилыми иностранками, приезжающими на остров с определенной целью и помогает им, естественно, за вознаграждение, весело провести время на Кубе.

Леонель Мосо: У нас всегда считалось, что в Гаване есть больше возможностей. Я раньше жил в Сантьяго, где было значительно труднее. Работу я потерял. У меня раньше никогда не было даже сменной рубахи или двух пар штанов. Ну а сейчас занимаюсь всем, чем могу. Работаю в туризме. И так выживаю.

Виктор Черецкий: Лачуги под Гаваной возводятся из чего угодно: из найденных на свалке ящиков, фанеры, где-то украденных листов железа, автомобильных покрышек. В поселке Пьедрас в лачугах есть вода и свет, правда, ворованные. Здесь местные жители тоже проявили инициативу. Рассказывает жительница поселка Мария Негрин.

Мария Негрин: Я готовлю на электроплитке. У меня даже холодильник работает. Свет и воду мы сами провели. У нас есть умельцы, которые знают, как подсоединиться к проводам электросети и магистральному водопроводу. Так что мы ни за что не платим – ни за воду, ни за свет – у нас все бесплатно.

Виктор Черецкий: Кубинцы кое-как выживают, ну а широко разрекламированная властями хозяйственная перестройка явно "пробуксовывает". Почему? У большинства нет денег для развития какой-либо инициативы, ну а те, у кого хоть что-то припрятано – в основном за счет переводов от родственников из-за границы, рисковать не желают. Живущий в иммиграции кубинский политолог Вили Гонсалес считает, что народ просто не верит власти, поскольку научен горьким опытом.

Вили Гонсалес: Всякий раз, когда кубинская казна оказывается пустой и режим чувствует свое полное банкротство, он заговаривает об инициативе граждан. Раньше люди с энтузиазмом брались за дело, но через некоторое время, когда они начинали хотя бы немного зарабатывать, государство у них все отбирало и вновь обрекало на полную нищету. Диктатура панически боится народного благосостояния, поскольку оно придает людям самостоятельность, а это представляет опасность для существующей системы. Режим чувствует себя в безопасности, лишь когда люди живут в бедности. В этом случае ими легче манипулировать, легче запугивать.

Виктор Черецкий: Кубинский политолог считает, что держать народ в нищете – это стратегическая задача режима братьев Кастро. Между тем, власть, если действительно решается на реформы, не может по своему усмотрению то разрешать, то запрещать частную инициативу граждан. Их собственность должна быть защищена законом. А закон Кубы, ее конституция, защищает лишь так называемую социалистическую собственность. Вили Гонсалес заявляет, что серьезно можно будет говорить о предпринимательской инициативе лишь тогда, когда будет переделана 14 статья конституции.

Вили Гонсалес: Из конституции следует, в первую очередь, убрать положение, которое законодательно закрепляет только одну форму собственности – социалистическую. Она фактически превращает кубинцев в рабов диктатуры, заставляет работать за гроши и иметь лишь то, что государство разрешает иметь. Все красивые разговоры о том, что социалистическая собственная принадлежит народу - ложь. Речь идет об орудии эксплуатации. Отсутствие частной собственности означает одно – неприятие экономической независимости населения.

Виктор Черецкий: Вили Гонсалес, как и большинство других кубинских оппозиционеров, не выступает за насильственное свержение существующей власти. Он полагает, что изменений можно добиться мирным путем. Но для этого следует вернуть кубинцам свободу, гарантировать их права, без чего, в частности, невозможны и экономические преобразования. Крайне важно в этой связи восстановить в стране многопартийность и свободные выборы, которые позволят иметь альтернативу нынешней власти.

Вили Гонсалес: Компартия Кубы законодательно является ведущей и направляющей силой государства и общества. Другими словами, у компартии имеется монопольное право на власть. Только она может командовать на Кубе. Поэтому у власти стоят всегда одни и те же лица. И не важно, что единственное, что они дали нам за 50 лет своего правления – это голод, репрессии, нищета и изгнание. Коммунистические правители пользуются своей безнаказанностью, полагая, что власть останется у них в руках навеки. Ведь они считают, что даже после их смерти управлять страной будут их дети, их племянники или их ученики. Такое положение более существовать не может, ведь во всем мире народы имеют право периодически выбирать во власть тех людей, которые могут принести им пользу.

Виктор Черецкий: Кубинские диссиденты считают, что никакие экономические реформы не будут работать, что народ не будет проявлять инициативу, пока в государстве не будет элементарных демократических прав и свобод, в том числе, свободы слова, и пока не будет уничтожена нынешняя репрессивная система, которая заставляет кубинцев жить в постоянном страхе. Вили Гонсалес.

Вили Гонсалес: Кубинцы не могут более жить, не зная правды о том, что творится у них в стране и в мире. Власть, прибегая к откровенным выдумкам и манипуляциям, беспрерывно лжет о причинах плачевной ситуации на Кубе. А ведь без свободного обмена мнениями, без свободной информации невозможно какое-либо движение вперед, невозможна какая-либо личная инициатива. Невозможна она и в стране, где властвует произвол, где у правительства имеется право схватить тебя в любую минуту, засадить в тюрьму или расстрелять под любым предлогом или вообще без предлога. Если тебе не нравится социализм и разруха, тебя сажают в тюрьму или ставят к стенке. Если ты выступаешь за демократизацию власти – отправляют в тюрьму или к стенке. Если ты захотел иметь частную собственность, захотел лучшего будущего для себя и своей семьи, захотел перемен – твое место в тюрьме или у стенки.

Виктор Черецкий: Жесткий приговор кубинским реформам выносят не только диссиденты-противники режима, но и независимые латиноамериканские эксперты, основываясь на законах современной экономики. Экономист Гуарионе Диас.

Гуарионе Диас: Эти реформы не решат проблемы Кубы, поскольку они не предусматривают перехода к рыночной экономике. По-прежнему сохраняется жесткий контроль и централизованное планирование. То есть, практически ничего не меняется.

Виктор Черецкий: Противники режима братьев Кастро все же надеются, что, в конце концов, на острове будут проведены глубокие преобразования, что режим, под давлением самой жизни, вынужден будет преступить к подлинным, а не поверхностным, реформам, в том числе политическим.

Источник: Радио Свобода

Главная