среда, 21 сентября 2011 г.

Репрессии в период правления Кастро

С момента прихода к власти Фиделя Кастро на Кубе начались репрессии против его политических противников. Первоначально было объявлено, что будут судимы лишь «военные преступники» — функционеры батистовского режима, непосредственно ответственные за пытки и казни. Проводившиеся Кастро публичные суды американская газета «Нью-Йорк Таймс» расценила как пародию на правосудие: «В целом процедура вызывает отвращение. Защитник абсолютно не пытался защищать, вместо этого он просил суд извинить его за то, что он защищает заключённого».

Репрессиям поверглись не только политические противники, но и союзники кубинских коммунистов по революционной борьбе — анархисты.

По утверждению журналиста Хесуса Эрнандеса Куэльяса из американского издания «Contacto Magazine», известен случай, когда человек был обвинён матерью в убийстве её сына и расстрелян, несмотря на то, что к моменту казни предполагаемая жертва объявилась в Гаване живая и здоровая и тщетно пыталась предотвратить расстрел.

После занятия повстанцами города Сантьяго-де-Куба 12 января 1959 года там был устроен показательный суд над 72 полицейскими и т. п. лицами, так или иначе связанными с режимом и обвинёнными в «военных преступлениях». Когда защитник начал опровергать утверждения обвинения, председательствующий Рауль Кастро заявил: «Если один виновен, виновны все. Они приговариваются к расстрелу!» Все 72 были расстреляны. Все юридические гарантии в отношении обвиняемых были отменены «Партизанским законом». Следственное заключение считалось неопровержимым доказательством преступления; адвокат просто признавал обвинения, но просил правительство проявить великодушие и смягчить наказание. Че Гевара инструктировал судей: «Не следует устраивать волокиты с судебными разбирательствами. Это революция, доказательства тут вторичны. Мы должны действовать по убеждению. Они все — банда преступников и убийц. Кроме того, следует помнить, что есть апелляционный трибунал». Апелляционный трибунал, председателем которого был сам Че, не отменил ни одного приговора.

3 марта 1959 года суд, составленный из повстанческих офицеров, в Сантьяго оправдал за отсутствием доказательств 44 лётчиков, обвинённых в «военных преступлениях». Однако Кастро выступил по телевидению, заявив, что суд принял неправильное решение. Спустя какое-то время председателя суда нашли мёртвым; лётчики были снова судимы и приговорены к срокам от 20 до 30 лет. В тюрьме они подвергались побоям, пыткам и издевательствам. Кастро объявил: «Революционная справедливость базируется не на правовых предпосылках, а на моральном осуждении».

Казнями в гаванской крепости-тюрьме Ла-Кабанья распоряжался лично Че Гевара, бывший комендантом тюрьмы и руководивший апелляционным трибуналом.

Аграрная политика Кастро вызвала массовое крестьянское восстание в горах Эскамбрай, которое возглавили бывшие лидеры «Второго фронта». В ходе подавления восстания расстреливали 70—80 % взятых в плен повстанцев; всего, по некоторым подсчётам, было казнено до 4 тысяч человек.

Очередное обострение репрессий произошло после высадки в заливе Кочинос: тогда были арестованы подпольщики — бо́льшая часть из 2 500 агентов ЦРУ и 20 000 сторонников контрреволюционеров. Новые арестованные в основном брались по спискам «неблагонадёжных» лиц, составленных квартальными Комитетами защиты революции; для их помещения в концлагеря были переоборудованы стадионы и другие публичные места.

В 1960-х годах борьба с противниками режима Кастро приобрела огромный размах; всего, по оценкам ряда исследователей, тогда было расстреляно от 7 до 10 тысяч человек, а число заключённых составило 30 тысяч. По данным историка Хью Томаса, к началу 1961 года на Кубе было казнено около 2 000 человек, к 1970 году — около 5 000; в 1965 году сам Кастро признал наличие в стране 20 000 политических заключенных.

Трудовые лагеря UMAP

При Кастро на Кубе была создана система лагерей UMAP. Че Гевара заявил: «Нам следует ссылать в Гуанахакабибес в сомнительных случаях, когда мы не уверены, что людей следует сажать в тюрьму (…) людей, которые в той или иной степени совершили преступления против революционной нравственности (…) морали. Там — тяжёлая работа (…), условия труда там суровы…». В этот лагерь можно было попасть за «излишнюю» религиозность или даже прослушивание «империалистического» рок-н-ролла (последняя категория «преступников» носила название roqueros).

Широкую систему лагерей такого рода создал Военный отдел поддержки производства (UMAP), действовавший с 1964 по 1967 год. В лагере на острове Пинос людей заставляли работать в одних кальсонах, а провинившихся — стричь траву собственными зубами, или погружали на несколько часов в выгребные ямы.

На Кубе существуют также лагеря «строгого режима», где власть находится в руках надсмотрщиков из числа самих заключённых — «рабочих советов заключённых».

Репрессии последующих времен


Многие из политических заключённых были ветеранами «Движения 26 июля», антибатистовских студенческих и партизанских движений.

Весной 1997 года по Кубе прокатилась новая волна арестов. По данным «Международной амнистии» и кубинских правозащитников, в том году на Кубе насчитывалось от 980 до 2 500 политзаключённых (мужчин, женщин и подростков).

Как утверждает американский журнал «Contacto Magazine», к концу XX века приговоры по политическим делам стали менее суровыми, зато более частыми.

В течение многих лет Комиссия по правам человека и Генеральная ассамблея ООН выражали свою обеспокоенность продолжением политических репрессий на Кубе и призывали власти Кубы к соблюдению прав человека.

В 2004 году ООН приняла резолюцию о нарушениях прав человека на Кубе, которую Куба отказалась выполнять.

26 января 2007 года в докладе, представленном на заседании Генеральной ассамблеи ООН, указывалось, что 59 гражданских активистов, задержанных в марте—апреле 2003 года, до сих пор находятся в тюрьмах. Прилагался их список.

Итоги репрессий

Согласно подсчётам правозащитных групп, режим Фиделя Кастро бросил в тюрьмы и концентрационные лагеря в три раза больше политических заключённых в процентном отношении к численности населения, чем Гитлер и Сталин за то же время. Как отмечает профессор Хуан Кларк, Куба имела наибольшее количество политических заключённых и приговоров по политическим делам, когда-либо зарегистрированных в Западном полушарии. На одном из этапов одновременно в тюрьмах по политическим мотивам находились 100 000 человек изо всех слоёв общества. Американский журналист писал, что во времена диктатуры Фульхенсио Батисты на Кубе было 500 политических заключённых; самое высокое число политических заключённых до революции (при диктатуре Херардо Мачадо, 1929—1932) — около 5 тысяч.

Многие из заключённых отбывают сроки в 20, 30 лет или пожизненные, как, например, Хубер Матос, бывший революционный командир, приговорённый к 20 годам, и Чанес Марио де Армас, который приговорён к 30 годам. Тысячи противников режима были избиты, подвергаются пыткам, запираются в тесных камерах, где невозможно сесть или лечь, находятся в трудовых лагерях. По отношению к инакомыслящим применяется терроризация, некоторые погибли в дорожно-транспортных происшествий, которые противники Кастро называют «таинственными».

Согласно изданной в Гарварде «Чёрной книге коммунизма», режимом Кастро было расстреляно 14 000 человек в возрасте от 16 до 68 лет, включая нескольких женщин, из них, по меньшей мере, одна была беременна. По утверждению американской организации «Freedom House», до 2005 года возглавлявшейся бывшим директором ЦРУ Вулси, Робертом Джеймсом Вулси, 500 000 кубинцев прошли через систему концлагерей и камеры пыток режима Кастро.


Литература

Humberto Fontova Castro, Not Pinochet, Is the Real Villain.
Автор — Умберто Фонтова — магистр латиноамериканских исследований Туланского университета (Новый Орлеан).
http://www.anarchismus.de/transnational/kubaanarchismus.htm
Jesus Hernandez Cuellas. Chronicle of an unforgetable agony: Cuba’s political prisons// Contacto magazine. Sep’t. 96.
Massacre in Santiago de Cuba//Сайт Montclair State Universitet, College of Humanities and Social Scienties
Legal Issues Raised by the Transition: Cuba from Marxism to Democracy, 1999.
Executions at «La Cabaña» fortress under Ernesto «Ché» Guevara// Document written by José Vilasuso, a lawyer who worked under «Ché» in the preparation of indictments that often resulted in the death sentence during the first months of the Communist government in 1959
Пол Джонсон. Современность. т.2. М., Анубс, 1995.
Alvaro Vargas Llosa. The Killing Machine: Che Guevara, from Communist Firebrand to Capitalist Brand// The New Republic. July 11, 2005
Jorge Castaneda, Companero; The Life and Death of Che Guevara. Alfred A. Knopf. New York, 1997
Fidel’s Executioner Humberto Fontova// Перепечатка статьи Фонтовы, на исходном сайте доступной лишь частично: Fidel’s Executioner Humberto Fontova Michael J. Maher. The Lost Sheep. Experiences of Religious Gay Men in Havana, Cuba
Menton, Seymour. Prose Fiction of the Cuban Revolution. University of Texas Press: 1975 SBN-13: 9780292764217 ISBN: 0292764219
Beltrán de Quirós. La otra cara de la moneda: los nuevos patitos feos / Miami, Fla., U.S.A.: Ediciones Universal, 1984
Cuba: exodus, living conditions and human rights — an informative summary prepared by Professor Juan Clark, Ph.D. Miami Dade Community College.

Материал из Википедии


  • Главная
  • понедельник, 12 сентября 2011 г.

    Куба – могильщик СССР


    Чтобы рассказать своим читателям об истинных причинах распада СССР, испанской газете La Vanguardia пришлось взять интервью у Оскара Эспиносы Чепе.

    Сегодня Эспиносе 71 год. До того, как порвать с режимом Фиделя Кастро и стать диссидентом, он в течение нескольких десятилетий занимал высокий пост в системе централизованного планирования, выстроенной на Кубе по советскому образу и подобию. Сейчас, отсидев два срока в тюрьме и подписав подписку о невыезде из Гаваны, он занимается тем, что подсчитывает убытки от структурного краха кубинской экономики после распада СССР.

    «Это не Горбачев, а Куба покончила с Советским Союзом! Деньги, направленные сюда Москвой, не поддаются исчислению. Если брать только неоплаченные кредиты, то русские потеряли около 20 млрд долларов в ценах того времени. И это, с моей точки зрения, заниженная цифра»,- рассказал Эспиноса в телефонном интервью испанской газете из Гаваны.

    Следуя логике холодной войны и принципам пролетарского интернационализма, СССР покрывал все потребности Кубы в течение 30 лет. Начиная с сельского хозяйства и спорта и заканчивая классическим балетом, поставками вооружения и обучением военных, транспортными средствами и куклами. С 1960 по 1990 год в стране, по подсчетам, побывали около 18.000 советских граждан (не считая военных советников и сотрудников спецслужб), помогавших строить тропический социализм. Сотни тысяч кубинцев бесплатно получили в СССР высшее или среднее специальное образование.

    Советские субсидии в черную дыру бюджета режима Кастро заключались в «бухгалтерской уловке, при помощи которой СССР оплачивал кубинские товары по ценам в 9-10 раз выше рыночных и, кроме того, поставлял Гаване нефть по льготным ценам». Советская нефть, поступавшая из Баку, «превратилась в основной источник валютных поступлений Кубы, в главную статью экспорта в капстраны, оплачивавшие ее долларами».

    Все остальное поставлялось в натуральном виде – продовольствие, станки, различные товары - или оплачивалось в рублях. «Советские субсидии составляли около 3 млн инвалютных рублей в день, - утверждает Эспиноса. - За счет этой помощи существовали здравоохранение и образование, но она не способствовала развитию страны. Ни сельское хозяйство, ни промышленность не смогли пережить распад СССР».

    После того, как Советский Союз рухнул, Москва бросила кубинцев на произвол судьбы. Россия забыла о своих капиталовложениях в кубинскую экономику (около 12 млрд долларов), прекратила закупки и поставки. «Для нас это было то же самое, как если бы прекратило всходить солнце», - скажет позднее Фидель Кастро, который в 1991 году объявил чрезвычайное положение в экономике, которое до сих пор не отменено.

    Кубе удалось преодолеть страшное падение ее ВВП на 35% в первые три года после прекращения советской помощи. Оживился туризм, кубинцев перестали привлекать к уголовной ответственности за хранение долларов, были открыты рынки сельскохозяйственной продукции, разрешены денежные переводы из-за рубежа. «Но затем – подчеркивает Эспиноса - мы впали в другую зависимость: от Венесуэлы. Каракас – это для нас та же Москва, только с меньшими ресурсами. Мы зависели от СССР, но зато получали технологию. А что могут дать нам венесуэльцы? Ничего!».

    Наталья ГЕРАСИМОВА

    Источник: RussianSpain 


  • Главная